Амангельды Айталы: “В Мажилисе Чацких почти нет”

0
1407


На последнем съезде ДПК “Ак жол” известный ученый и общественный и политический деятель Амангельды Айталы был избран председателем совета старейшин партии “Ақылдастар алқасы”, с чем мы его поздравляем. Сегодня патриарх казахстанской политики отвечает на вопросы “ZONA.kz”.

***

– Есть мнение, что “Ак жол” продали олигарху Машкевичу. Как Вы прокомментируете события, связанные с приходом в партию предпринимателей, а к ее руководству – председателя национальной экономической палаты “Союз “Атамекен” Азата Перуашева, чье имя ассоциируется с казахстанским “алюминиевым” олигархом, гражданином Израиля Александром Машкевичем?

– События, которые произошли на последнем съезде партии “Ак жол”, в общем-то для членов партии, ее центрального совета были неожиданными. Видимо, это было неожиданным и для руководства партии, потому что были объективные причины к тому, чтобы в ряды партии влились предприниматели.

Когда мы говорим, что в ряды партии вошли предприниматели, мы не имеем в виду олигархов, которым ни одна пария не нужна, у которых прямые связи с правительством, другими государственными органами, где они решают свои проблемы без партий.

Речь идет о предпринимателях малого и среднего бизнеса.

В программе партии “Ак жол” проблема предпринимательства занимает определенное место. “Ак жол”, в отличие от других партий, большое внимание уделяет проблемам культуры, религии, социальной политики, духовности. У нас немало сторонников среди интеллигенции, которые, не будучи членами партии, поддерживают ее. Но открытых членов среди предпринимателей у партии не было. Если и были, то единицы. Партия в определенной мере нуждалась и в финансовой поддержке.

Если подойти к этому вопросу с точки зрения причин, предопределивших отношение предпринимателей к нашей партии, то, видимо, надо говорить, что предприниматели присматривались к “Ак жолу”, изучали возможности наших областных, районных филиалов, какое они влияние и авторитет имеют на местах. Присматривались к руководству партии. Ведь предприниматели – это народ, который больше склонен к эволюции, а не к революции. Они не воспринимают радикальные меры. Им больше импонирует созидательная, конструктивная оппозиция. Им импонирует, что все-таки “Ак жол” имеет определенное влияние в обществе. Ведь “Ак жол” в последние годы по итогам социологических исследований, в том числе проведенных одним авторитетным институтом США через его представительства в Прибалтике, занимает второе место после “Нур Отана”.

Все это, видимо, и предопределило такое отношение предпринимателей к нашей партии.

Они присматривались и к другим партиям. Но свой выбор сделали. Он оказался в пользу “Ак жола”.

Думаю, уход Алихана Байменова с поста председателя партии ускорил этот процесс. В обществе по-разному обсуждают это событие. Одни снова говорят, что Алихан Байменов всегда был близок к власти.

Но любая партия ставит своей целью войти во власть – путем назначения ли, путем ли выборов. Алихан Байменов заставил власть признать себя. В госслужбе он разбирается больше, чем кто-либо. Он в свое время написал концепцию государственной службы в Казахстане. Он был автором законопроекта о госслужбе. Наконец, он однажды уже работал председателем агентства по госслужбе. Будучи и в оппозиции, он предлагал свои идеи. Так что он на своем месте.

Партия – не чья-либо собственность. Партия – не чья-либо монополия. Поэтому смена власти в “Ак жоле” – это естественный процесс.

– Почему именно Перуашев возглавил партию?

– Дело в том, что раз в партию входят предприниматели, нужен авторитет и предпринимателей. Новый руководитель должен иметь влияние и на них. Они должны верить, что во главе партии стоит не случайный человек. Кроме того, они в меньшей мере знают заместителей председателя партии. Видимо, приход в руководство партии Перуашева связан с этим фактором.

Конечно, я бы сказал, что это не автоматическая замена. Для членов партии “Ак жол” Алихан Байменов – это кумир. Он кумир для многих. Поэтому, думаю, нужен определенный период для адаптации многих членов “Ак жола” к новому руководителю, к его стилю работы. Это очень важно, и об этом мы говорили Азату Перуашеву. Приведу простой пример.

Мы в любой момент, в любой час дня и ночи могли позвонить Алихану, спросить его мнение о той или иной ситуации в стране, событиях, настроениях в обществе, посоветоваться с ним. В ходе живого общения мы всегда были в курсе его отношения к происходящему. Он был доступен для всех членов партии. Если бы он разговаривал с нами через своих помощников, бюрократически, то такого взаимоуважения не было бы.

Алихан был близок к членам партии еще и потому, что он разделял их радости и горести, приходил на похороны и свадьбы членов партии, иногда поддерживал их материально. Это очень важно.

Вот такая эта обстановка, стиль его взаимоотношений с людьми, помимо его компетентности, эрудиции, ораторских качеств, сблизила Алихана с акжоловцами.

В прессе всегда было много клеветы, грязи и в отношении партии, и в отношении ее лидера Байменова. Но к этому акжоловцы привыкли, у них выработался устойчивый иммунитет против всякой лжи и непорядочности. Мы пока не знаем, как пойдет процесс адаптации членов партии к Азату Перуашеву, и наоборот. Такая проблема сейчас есть. Об этом люди говорят, думают. Если Перуашев не найдет общий язык с членами партии, если не будет такой человеческой, психологической атмосферы, какая была при Байменове, он может потерять доверие людей.

Мы об этом говорили и на съезде и до съезда. Проблема есть, но время покажет.

– Меня несколько смутило единогласие, с которым делегаты избрали Азата Перуашева. Ни одного вопроса.

– Я Вам открою один секрет. Это была не первая встреча, во всяком случае, членов президиума и центрального совета с Азатом. За день до съезда у нас состоялась очень хорошая встреча. Вопросов к нему было очень много.

Вплоть до того, что спросили: “Вы уже одну партию – Гражданскую – подарили “Нур Отану”, не станет ли “Ак жол” Вашей новой жертвой?”. Вопрос был задан ему в лоб.

– И что он ответил?

– Что он лично знает историю вхождения Гражданской партии в “Нур Отан” и как это происходило. Во всяком случае, все эти партии – Гражданская, Аграрная, “Асар”, которые влились в “Нур Отан”, оказывается, вовсе не были партиями, а были политтехнологиями центра. В случае же вхождения предпринимателей в “Ак жол” это не политтехнология.

С некоторой долей сомнения, но все-таки хочется верить, что руководство нашей страны начинает понимать, что “Нур Отан” превратилась в монопольно политическую силу, которая не приемлет другие партии, других лидеров. Но все-таки надо вспомнить классика, который говорил, что любая монополия имеет тенденцию к загниванию. “Нур Отан” уже загнивает, особенно на местах.

Подтверждается мысль, что в посттоталитарном обществе, какую партию не создавай, она превращается в КПСС. И превращение “Нур Отана” в КПСС имеет место. Это настораживает сегодня и общество, и даже саму власть. А во власти те люди, которые раньше были в КПСС, были первыми секретарями. Они знают, чем это кончилось.

Я надеюсь, что обновленный “Ак жол” станет антимонопольной силой на политическом поле.

– Ваши прогнозы относительно выборов. Что все происходящее значит?

– Дело в том, что последние события в мажилисе, связанные с заявлением Ирака Елекеева: давайте самораспустимся, если такие беззубые люди здесь! – это говорит о многом. Такого откровенного заявления в парламенте еще не было, а я являлся депутатом мажилиса двух созывов.

Это заявление хоть и одного депутата, говорит о том, что это не мнение только одного человека. Его поддерживают и другие депутаты, но они боятся власти.

Дело в том, что спикер мажилиса Урал Мухамеджанов далеко не прав в своих высказываниях. Разве можно так говорить: “Мы – не пожарная команда!”. Если коррупция съедает общество, если синим пламенем все горит, если суды, таможенники оскандалились – пожарной командой надо быть парламенту! А он этого не хочет, приказывает: молчите, думайте о законах, которые спускает правительство, вот, мол, в чем наша с вами задача.

Когда я услышал это выражение, вспомнил одно высказывание Бауржана Момышулы: “Ноқталанып қалған бұзау бұқа болмайды”. То есть буквально: привыкший к стреноживанию теленок не может стать быком. Точно так же, нынешний спикер стреножен властью. С чего он будет считаться с оппозицией и альтернативным мнением? Он не приемлет инакомыслия. Он вышел из той среды, где инакомыслия нету. Он пропитан этим и другим уже стать не может.

Вот эти факторы прежде всего свидетельствуют, что какое-то движение начинается внутри казахстанского парламентаризма. Но спикер не понимает это, начинает душить, давить.

Почему Ирака Елекеева открыто не поддержать? Потому что депутаты видят, что скоро будут выборы. Им надо остаться в парламенте.

Парламент сегодня потерял последние свои очки, которые были. В глазах народа мажилис стал олицетворением послушного, суперкарманного парламента. Если говорить языком Грибоедова, помните “Горе от ума”? – Молчалин и Чацкий, то наш парламент – это парламент молчалиных. Чацких там почти нет. Вот это беспокоит народ, это понимает и власть. Надо что-то менять. Народ надеется, а власть, думаю, это понимавет, что парламент надо обновлять. Чем дальше положение вещей будет сохраняться, тем хуже и для власти, и для народа. Видимо, поэтому будет целесообразным в ближайшее время провести выборы. Думаю, это произойдет осенью.

– А выдержит ли бюджет и парламентские выборы, и празднование 20-летия Независимости в один год?

– Бюджет эти затраты вынесет. Они намного меньше, чем тратится на всякие международные конференции, саммиты. У нас уже не раз бывало, когда бюджет утверждал сенат, без мажилиса. При жедании все эти вопросы можно урегулировать.

– Спасибо Вам за интервью.

Жумабике ЖУНУСОВА

 

Пікір жазу

Пікіріңізді енгізіңіз!
мұнда сіздің атыңызды енгізіңіз