НАЦИОНАЛЬНАЯ ПАРАДИГМА: БОЛЕЗНИ РОСТА

0
1160

«Нация не может погибнуть, кроме как от самоубийства» (Р.Эмерсон)

Обсуждение и принятие Доктрины национального единства обнажило массу проблем национального характера, решение которых в нашей стране занимает достаточно длительное время. Достаточно сказать, что идея «казахстанская нация» будоражила общество в течение 15 лет. Однако, говоря о национальных «болезнях», необходимо разобраться в природе, истоках этих «заболеваний», чтобы правильно поставить диагноз, тем более назначить лечение и определить национальные ориентиры.

Двойное хирургическое вмешательство

 

В царское время предпринимались попытки русификации и христианизации казахов, но безуспешно. Кардинальное вмешательство в языковой, культурный, духовный организм казахского народа приходится на начало Советской власти: на гребне борьбы с религией, с «пережитками прошлого» была начата работа по изменению письменностей тюркских народов. В 1924 г. проекты алфавитов на латинской основе для тюркских языков были обсуждены в Российской Академии наук и в ЛГУ. А в 1926 г. на состоявшем 1-м Всесоюзном тюркологическом съезде в Баку было принято решение о латинизации. В том же году начался переход на латинский алфавит карачаево-балкарского языка, в 1927 г. – узбекского, татарского и т.д. Кризис передачи культурных кодов последующим поколениям начался в 1930 г., когда казахскую письменность перевели с арабской графики на латинскую. Смена алфавита сделала недоступными не только письменные памятники прошедших столетий. Мы не можем прочитать даже источники первой четверти ХХ в., золотого периода казахской литературы, казахской мысли.
Немного истории. Инициаторами латинизации в ХУ-ХХ вв. в ряде колониальных стран Южной Америки, Африки, Азии были европейские государства. Христианизация колоний, требовавшая перевода Библии на местные языки, привела к созданию миссионерских алфавитов на основе латинского. В СССР при переходе на латиницу опирались на этот опыт. Однако латиница была нужна лишь для двойной смены языковой основы, чтобы окончательно ее «запутать». На русский алфавит переходили уже без всяких конференций.
Если говорить в сослагательном наклонении, то латиница 30-х годов в контексте развития казахского языка лучше, чем современная кириллица, но еще лучше, если не было бы никакого изменения языковой основы. Если бы казахский язык остался на основе латиницы без перехода на кириллицу, то он значительно выиграл бы по многим показателям.
Переход на кириллицу «ознаменовался» тем, что за основу взяли русский алфавит целиком со специфическими русскими буквами (ь, ъ, ё, ц, ч, щ, э, ю, я, которые отсутствуют в казахском языке) для написания т.н. заимствований из русского языка. А на деле иноязычных, т.е. русских слов. Ранние естественные заимствования, вроде бөрене, жәрменке, жәшік, кәмпит, кереует, самауыр и т.д., вошли в лексический состав языка. В советское же время в нарастающем темпе в казахском языке образовался целый пласт русских слов. Он не только обеднил язык и превратил его в «казахско-русский диалект», но и вызвал «эрозию» языка.
Современный казахский язык на самом деле хронически и тяжело болен и как таковой разительно отличается от языка Абая и Ауэзова. Ведь тот же Абай знал арабский язык, заимствования из которого обогатили язык его поэзии. А нынешние казахи с трудом понимают некоторые места его произведений, а тридцать восьмое слово «Назиданий» об исламе без перевода нельзя понять и вовсе. Кстати, арабизмы наиболее удачные заимствования. Сказывается некоторое сходство фонетической системы: әкім – һаким, әлем – әләм, мемлекет – мәмләкәт, мектеп – мәктәб и т.д.
С каждым десятилетием, годом все меньше и меньше остается знатоков того прежнего богатого языка. На нынешнем языке уже трудно создавать произведения на уровне казахских классиков. О современности невозможно писать без современных понятий, а они в основном русские слова. Если в литературе для взрослых как-то еще можно писать, «избегая» их, то в детской литературе это невозможно. Ибо ее специфика в знакомстве, назывании объектов окружающего мира, а многие обозначения – русские слова, которые отличаются фонетически, ритмически и т.д., что делает их использование в художественной литературе «нерентабельным». Например, на улице: тротуар, экскаватор, троллейбус, подъезд и т.д. Дома: телевизор, люстра, душ, компьютер и т.д. Одежда: юбка, туфли, костюм, галстук и т.д. Игры: спортивные названия и термины в основном из русского языка. Т.е. элементарное лексическое «истощение».

 

В сетях прошлой эпохи

 

Известно, что убыль населения на треть вызывает естественные негативные тенденции в национальном языке и культуре. Казахский народ в течение 15 первых советских лет – в годы гражданской войны, голода в начале 30-х годов, репрессий – сократился почти на 4 млн. человек, т.е. на 60%(!). К тому же это в основной массе сельское население, в котором сильно влияние традиционной культуры.
Оказавшись национальным меньшинством – 30% от общей численности – казахи испытали все «прелести» советской языковой и идеологической политики: от гонения интеллигенции и духовенства до закрытия казахских школ. Дыхание казахского физического и духовного «апокалипсиса» столь сильно, что казахи до сих пор чуждаются своих традиций, языка, культуры. К примеру, в наших русскоязычных СМИ тема религии, влияния западной массовой культуры, порнографии, насилия и т.д. – почти закрытая тема, а национальные проблемы освещаются очень скупо и поверхностно.
Значительный урон казахскому языку и литературе нанесли политические репрессии – был уничтожен цвет казахской политической и творческой интеллигенции. После гибели писателей и ученых во главе с Ахметом Байтурсыновым казахская лингвистика не оправилась до сих пор.
Реформа казахского языка, начатая Байтурсыновым в начале прошлого века, была многообещающей. Модернизация казахской письменности на основе арабицы, известной как «төте жазу» (быстрое письмо), учитывала фонетическую природу языка и была вполне конкурентоспособной. Она используется до нашего времени казахами Китая. Кстати, «незамутненный» казахский язык неплохо сохранился в КНР: его продемонстрировал китайский сериал «Чингиз-хан», переведенный китайскими казахами. Основатель казахского языкознания обоснованно выступил против русификации казахского языка. Байтурсынов также был против латинизации графической основы, ибо предвидел последующий переход на русский алфавит. Поэтому-то он предлагал сразу перейти на кириллицу без латинизации.
Многие национальные проблемы, обсуждаемые ныне, поднимались в среде казахской интеллигенции в первые годы Советской власти. Но их разрешение в корне были прерваны политикой русификации в области языка, культуры, религии и репрессиями против деятелей «Алаш-Орды».
«Привязанность» казахского языка к русскому – графически, лексически, стилистически и т.д. – привела его к изоляции. Иначе и быть не могло: для изучения иностранных языков на казахском языке в советское время не создали никакой базы – ни словарей, ни учебников, ни преподавателей. Иностранные языки и литературу изучали опосредованно – через русский язык, т.е. для этого надо было хорошо владеть русским языком, притом к 5 классу, когда начинали изучать иностранный. Возможно, по этой причине большинство представителей казахской творческой интеллигенции не владеют иностранными языками. Что в свою очередь повлияло на качественную составляющую казахской литературы, публицистики, науки.
Такая целенаправленная изоляция казахского языка от языковых контактов и полная зависимость от русского языка в изучении иностранных языков и литературы продолжается до сих пор, что негативно влияет на казахский язык и на изучение иностранных языков. Не говоря об отсутствии профессиональной подготовки писателей, критиков, переводчиков – нет Литературного института, Центра перевода с мировых языков. Как и нет Института казахского языка или Института социолингвистики, соответственно полноценной лингвистической науки для реформирования казахского языка, его адаптации к современности. Ведь открытие совместных вузов в известной мере решило проблему кадров в области экономики, финансов и т.д. А вот вопрос об Институте казахского языка даже не ставился!

Милое обаяние Запада

 

Многие «хвори» советского времени в годы независимости Казахстана причудливым образом дополнились другими «заразными болезнями» Запада. В Союзе в известной мере подавлялась национальная культура, духовность, нравственность, самовыражение, отсутствие которых явилось благодатной почвой для алкоголизма, наркомании, примитивного атеизма, коррупции, разрушения института семьи, сиротства при живых родителях. А ныне многие эти социальные болезни дополнились западными «инфекциями»: легальной проституцией, гомосексуализмом, распадом института семьи, невиданным ростом преступности, коррупции и т.д.
Максимальное приближение к политическим, культурным ценностям Запада привело к привитию пороков «гражданского общества»: толерантности к разврату, гомосексуализму, «моды» на однополые браки, бездетность, потребления спиртного, гендерного равенства, разрушения традиционной семьи, разложения семейных ценностей. Т.е. привело к «модернизацию» по-европейски (именно к этим «ценностям» нетерпим ислам).
Что говорить о других странах, если даже в консервативной Англии официально разрешены однополые браки. Это противоречит не только человеческой природе, но и религиозным устоям – вспомните хотя бы библейский сюжет об испепелении городов Содома и Гоморра, жители которых были известны мужеложством. Не успели войти в ЕС страны Восточной Европы, как появилось «увлечение» однополыми связями. Фильмы о половой распущенности, о насилии являются нормой с точки зрения либерализма, как и стриптиз первой леди Франции или футбольные баталии порнозвезд. В соответствии с либеральной демократией у нас и отсутствует запрет порносайтов, хотя когда надо «глушат» неугодные СМИ.
Эти «ценности» крайне опасны для малочисленного Казахстана – в ряде западных стран прирост населения держится исключительно за счет иммигрантов, а в США «выгодно» усыновить детей из-за рубежа, чем родить собственных. У нас и без «обаяния» Запада распадается треть зарегистрированных браков.
В мире давно говорят о духовно-гуманитарном возрождении, десекуляризации (у нас, в России и др. странах в контексте здорового образа жизни, семейных ценностей), восстановления нормального баланса между Востоком и Западом, техникой и этикой, человеком и природой и т.д. Ведь Запад навязывает пресловутую «войну цивилизаций», а свои войны (в Афганистане, Ираке, в давлении на Иран и т.д.) облекает в антиисламскую риторику, хотя их причины лежат в другой плоскости. На Западе нет толерантности, которую пропагандируют у нас на государственном уровне. У нас же в силу «рецидивов» советского подавления ислама и отсутствия научной базы изучения мировых проблем не видят контекста многих мировых процессов.

 

Предварительный
диагноз

Для любых проектов необходима научная база, тем более для национального развития. Нет национальной идеологии. Ее отсутствие в нашей стране подтверждают «мертворожденные» программы, вроде «казахстанской нации» или «окна в Европу». Ибо даже по европейским меркам, в частности форума в Давосе, одним из критериев демократичности страны является развитость национального языка и культуры. Можно перенимать чей-то опыт реформирования в области экономики, политики, законодательства и т.д. Национальную же культуру, идеологию, духовность определяют сами ее носители.

Ситуация в литературной среде осложнена отсутствием базы для полноценного литературного процесса: Литературного института, Закона о книгоиздательстве, литературной критики, который осложнен дороговизной бумаги, проблемой гонораров, общим падением читательского спроса, бездуховностью. В самом деле, у нас бумага в 5-6 раз(!) дороже, чем в России, что делает нерентабельным книгоиздание, да и газеты, журналы в такой ситуации вынуждены прибегать к спонсорским, рекламным деньгам.
Не подготовив саму базу – научную, материальную и др. – национального развития у нас ринулись в «объятия» Запада. В любой стране первоначально решают национальные проблемы: языка, культуры, духовности, а у нас все наоборот: вместо Закона о государственном языке – «Триединство языков», вместо Закона о приоритете традиционных религии или атеизма на государственном уровне (по Конституции РК – светское государство) – Съезды лидеров мировых религий, «свобода вероисповедания» с наплывом иностранных миссионеров и сект, вместо Закона о книгоиздательстве – обилие российских книг.
Разделение казахов по языковому признаку является основной национальной проблемой – нет единства нации, без решения которой остальные «повисают в воздухе». Для начала необходимо добиться реального двуязычия.
В последние годы у нас бурно обсуждается вопрос перехода на латиницу. В перспективе, возможно, смена алфавита и нужна. Однако для языка, который реально не выполняет функций государственного языка, смена графики может быть губительной.
Неразвитость идеологического сектора, препятствия на государственном уровне обозначения и обсуждения социальных и национальных проблем приводит к росту социальных болезней. Всем известное печальное лидерство Казахстана по самоубийствам, преступности, по количеству заключенных, коррупции и т.д. свидетельствует об этом. С этими «рекордами» связан «вторичный» слой проблем: социальная незащищенность, безработица, распад семей, низкий уровень жизни сельского населения, детская преступность и др. Национальные и социальные проблемы причудливым образом переплелись, особенно в регионах, сельской глубинке. По этой причине необходим комплексный анализ причин этих и других «болезней» общества на государственном уровне и их разрешение.

 

Дастан
Ельдесов,
[email protected]

Пікір жазу

Пікіріңізді енгізіңіз!
мұнда сіздің атыңызды енгізіңіз