Что Тамерлан не успел

0
2514

Важный для всего мусульманского и тюркского мира – блистательный шедевр зодчества – архитектурный комплекс Кожи Ахмета Яссауи, воздвигнут по указанию эмира Темира и завершен в начале XV века.
«Чтобы оценить наши деяния, взгляните на то, что мы воздвигли».
«Официальная история сообщает точную дату рождения Тимура – 9 апреля 1336г., год мыши, имя его отца – Тарагай, матери – Текин-хатун, но ничего не говорит о событиях его жизни до 1360 года, т.е. первые 24 года выпадают из хроник.
Автор составленной для Тимура стихотворной хроники утверждал, будто многие события, особенно относящиеся к началу его деятельности, не были внесены в хронику по желанию самого Тимура, так как они показались бы невероятными читателям..
Можно заключить, что молчание официальной хроники объясняется другими причинами; подобно Чинчис-хану, Тимур начал свою деятельность в качестве атамана шайки разбойников, вероятно, в смутные годы после смерти Казагана».
В.В. Бартольд. Сочинения, часть-2, стр.38

Не трогайте гнезда
ласточек
(отрывок из киносценария)
Эмир Тимур с несколькими вельможами и шестью нукерами охраны стоит на крыше мавзолея Кожа Ахмеда Яссауи у основания большого купола сверкающего на солнце облицованной бесконечно разнообразными узорами керамики. Перед ним двое: главный архитектор стройки (саулетши) и его помощник.
– Колодец уже докопали, дошли до грунтовых вод. К желтоксану завершим все работы внутри, – отчитывался главный строитель.
Хромой Тимур, поглаживая рукой цветные глазурные плитки облицовки главного купола казандыка, прочел вслух несколько надписей, начертанные у его основания: «Власть принадлежит Аллаху; Бог – мой вкладыка;
О, милосердный Мухаммед». Потом задумчиво произнес, не столько обращаясь к кому-то, а спрашивая самого себя: Чтоб оценить наши деяния, взгляните на то, что мы воздвигли. Сколько же столетий оно простоит?
– Таксыр, оно будет стоять тысячу лет. Если только…-ответил главный строитель и запнулся.
– Что если… – нахмурился Эмир. Саулетши не решался продолжить.
–…если, кто-нибудь, вроде меня, не разрушит эту красоту? – сказал Тимур.
Все потупились.
–… Или грунтовые воды Сыр-Дарьи, повернув сюда, не подмоют основания, – поспешил назвать другую версию главный строитель.
–Тогда ты, маулян Убайдулла Садр, захлебнешься в этих водах и не доживешь срок отпущенный тебе Аллахом, – сказал Тимур, усмехнувшись. Вельможи стоявшие рядом закивали головами, одобряя слова Эмира.
Несколько ласточкиных гнезд прилепились к бревнам строительных лесов, торчащих из стены портальной ниши главного наружного фасада мавзолея. Щебет птиц, отражаясь и усиливаясь эхом свода арки, звучал звонким многоголосьем.
Тимур стоял под аркой задрав голову, и смотрел на полет ласточек. Возле него стояли все то же окружение.
– Таксыр, что делать со строительными лесами? Как мы закончили работы, там ласточки свили гнезда и сейчас у них птенцы, – сказал главный строитель.
– Убрать леса! – коротко приказал Тимур, опуская голову и массируя себе затекшую шею.
… Маулян Убайдулла, позволю оставить на стене табличку с твоим именем, пусть и тебя потомки не забудут… Ходжа Хасана… Шемса Абд-аль-Вахаба…
Тимур и окружавшие его люди направились было к лошадям стояшим неподолеку, но, не дойдя до них, Эмир остановился, повернулся назад и сказал, оставшимся стоять под аркой строителям:
– Хасан-уста! Не трогайте леса. Пусть они остаются там… тысячу лет. Я не хочу, чтоб это здание сгорело в огне за то, что мы, забыв приметы отцов, разорили гнезда ласточек.
Главный саулетши и его помощник, молча склонились в низком поклоне.
***
«Узелки на память»
Как видите, уважаемые читатели, мне каким-то неведомым образом из настоящего удалось погрузиться в живую плоть прошлого. И то, что в этом прошлом удалось узнать, я счел своим долгом поделиться с вами. Конечно же вышепривёденная сцена при всей её правдоподобности от начала до конца вымышлена, хотя, могла иметь место в жизни. Однако, в действительности, есть и замурованная в стену мавзолея табличка с именем архитектора Хаджи Хасана Шемса Абд-аль-Вахаба по проекту и присмотром которого велось строительство этого грандиозного сооружения. Конечно же табличка эта могла появиться только с милостивого разрешения самого Тимура. Есть и надписи по окружности центрального купола – казандыка: «Власть принадлежит Аллаху; Бог – мой владыка; О, милосердный Мухаммед».
Кстати, по монументальности это архитектурное сооружение в XV веке превосходило все подобные ему строения воздвигнутые к тому времени в Бухаре, Самарканде и других городах Мавераннахра. Для сравнения отметим, что его сферический купол по размерам превосходит купол Исаакиевского собора в Петербурге. Но размерам купола Собора святой Софии в Стамбуле, «Туркестанский», видимо, уступает.
И строительные леса сегодня торчащие из стен арки главного портала остались с тех пор, как 600 лет назад завершилось строительство. Казалось бы, их можно и убрать, чтобы не портили вида, но никому это не приходит в голову. И не приведи Аллах, не надо… Не все её помнят, но жива средневековая легенда о ласточкиных гнёздах.
Легенда легендой, но ведь леса обычно остаются не убранными, если строительные работы по каким-либо причинам приостановлены, не закончены. Давайте задумаемся может быть строительные леса остались для нас, как те самые «узелки на память» от мастеров средневековья и зримым заветом дошедшие до нас из глубины веков напоминание о том, что мы должны завершить незаконченное. Ведь таких же лесов на подобного рода сооружениях во всем Туркестанском крае не сыскать.
Какие же работы при сооружении мавзолея Ахмета Яссауи 600 лет назад могли быть не завершены? «О чем это он ?» – спросите Вы. Тогда читайте далее…

Почтовый голубь
(отрывок из киносценария)
Внутренний двор мастерских ремесленников. Эмир в окружении тех же вельмож. Перед их взором девять глазурных, облицовочных изразцов плиток вертикально установленные на полочке.
Все они разные, не повторяют рельефный рисунок друг друга. Три плитки ещё не обожжены и выделяются бледным цветом розовой глины.
Главный строитель Маулен Убайдулла Садр показывает одну из плиток и поясняет:
– Половину этого образца плиток пришлось разбить, был плохой замес глины: по недосмотру молоко оказалось скисшим.
Тимур взял из его рук плитку, повертел, любуясь цветами глазури и, поставив на полку, взял другую с отличным узором. Не отрывая взгляда от изразца спросил, как бы между прочим:
– Откуда мастер?
– Из Димишка, был мастер…, не досмотрел.
Тимур перевёл взгляд от плитки на главного строителя.
– …говоришь, если грунтовые воды Сыр-Дарьи, не подмоют основания? – вспомнил эмир, думая о чём-то своём. – Когда начнёте облицовку фасада?
– Таксыр, через три дня, – выдохнул главный строитель, когда эмир опять заговорил о деле. – Все изразцы будут готовы и тут же начнём. Закончим облицовку фасада, иншалла, за девяноста дней. К тому времени и птенцы ласточек покинут гнёзда.
Неожиданно сверху послышалось хлопанье крыльев. Все невольно подняли головы.
Сизый голубь пару раз, хлопая крыльями в небе, кувыркнулся через голову, сделал круг над двором, кого-то высматривая.
Один из вельмож из окружения эмира быстро стянул с головы чалму и пару раз подкинул её в воздух, резко засвистел, чередуя свист с гортанным щелканьем языка.
Птица сразу отреагировала на приученный знак и стремительно опустилась на плечо вельможи. Тот быстро снял с её лапы привязанную соломенную трубочку. Из трубочки извлёк свёрнутую бумажку.
Все ожидали, что сообщает голубиная почта. По испуганному выражению читавшего поняли, что произошло что-то плохое. Лицо вельможи побледнело, было ощущение, что он хотел бы тут же исчезнуть вместе с почтовым голубем и письмом. Он поспешно сделал знак рукой всем отойти от него и эмира. Сообщение государственной важности необходимо было донести прежде всего эмиру.
Все отошли, оставив эмира и вельможу с голубем.
– Таксыр, на всё воля божья…, сегодня ночью Биби-ханым по дороге в Самарканд закрыла глаза и Аллах призвал её к себе, – с дрожащими губами сообщил вельможа.
На лице эмира Тимура застыла маска гримасы. Только по глазам старика можно было заметить какую бурю чувств он пытается скрыть от посторонних глаз, услышав известие о кончине любимой своей жены Биби-ханым. Тимур долга стоял с полузакрытыми глазами, чуть шире расставив ноги, словно боялся упасть, потом, вытянув руку, сделал насколько неуверенных шагов навстречу вельможе. Тот несколько испугался, затем догадался, что нужно эмиру. Он протянул ему голубя.
Птица перешла из рук в руки.
Сразу постаревший эмир смотрел на свои дрожащие руки сжимающие птицу. Наконец он стал медленно приходить в себя. Он знаком подозвал стоящих в отдалении вельмож. Все поспешили к эмиру, они уже догадались, что произошло что-то непоправимое. Вельможи остановились на почтительном расстоянии, склонив головы.
Эмир медленно переводил взгляд попеременно с каждого из стояших перед ним сановников, будто хотел услышать от кого-то из них, что известие полученные им ошибочно, ложно. Каждый из сановников не зная ещё что произошло и что сказать, опускал глаз перед эмиром. Наконец эмир перевёл взгляд на голубя и, не отрывая глаз от птицы, произнёс:
– Сегодня ночью Биби-ханым закрыла глаза. Она перешла из этого мира в другой…
При этом известии все низко склонились, согнувшись в поясах.
Все видели, как разжалась ладонь эмира, однако птица с его рук сразу не улетела, она, переваливаясь на лапках, поправила крылья, клювом почистила пёрышки у себя на груди, обернулась, будто прощаясь с эмиром, и только потом взмыла в небо.
«Души умерших, говорят, переселяются в животных и птиц» – возможно подумал эмир, глядя вслед почтовому голубю. То же самое, наверное, подумали и остальные вельможи, смотря на птицу кругами набирающую высоту.
– «Нет, – подумал эмир, – эта птица несчастья принесла известие о смерти близкого человека». Он вдруг во всю мощь своего голоса закричал:
– Не-ее-ет!!!
Нукер охраны, отличный стрелок сразу понял мысли и чувства раздираемые эмира. Он привычно выхватил из-за спину лук, быстро вложил стрелу, до уха натянул тетиву и спустил стрелу. Все кроме эмира смотрели на полёт стрелы.
Эмир, тяжело ступая, шёл к калитке выхода из двора. За ним, придерживая шаг и чуть приотстав, направился нукер сделавший выстрел.
Все вельможи, застыв, смотрели за полётом стрелы и невольно облегчённо вздохнули, увидев, что стрела, едва, не задев, прошла рядом с голубем и чуть позже развернулась вниз, теряя высоту.
Эмиру оставалось три шага до калитки, когда прямо впереди него в землю на расстоянии одного шага, сверху вонзилась стрела. Она, вибрируя, даже зазвенела, глубоко войдя стальным наконечником в твердую землю.
Эмир завороженно смотрел на вибрирующий конец стрелы, затем обернулся к испуганному нукеру, который, подбежав к стреле, с усилием вытянул её из земли. Эмир шагнул к нукеру, который, ожидая наказания, застыл и сдёрнул у мергена лук с колчаном стрел.
Вельможи, стоявшие метрах в тридцати от калитки невольно отпрянули, когда увидели натянувшего лук и целившегося прямо в них Эмира.
Возбужденные глаза эмира лихорадочно искали цель среди своих вельмож. Не выдержав, двое из них опустились на колени и, закрыв глаза, стали ждать своей последней участи. Остальные не сдвинулись и, застыв в оцепенении, стояли на месте.
Эмир Тимур, сдерживая дыхание, стал медленно натягивать тетиву. Он выбрал цель.
Это был один из стоящих на коленях, приманивший почтового голубя.
На мгновение перед выстрелом эмир задержал дыхание. Перестал дышать и обреченный «голубятник», передавший плохую весть.
В последнюю долю секунды, придя в себе, эмир опомнился, чуть отвернул и выше поднял лук, спустил стрелу, полетевшую в керамические плитки, находившиеся метрах в десяти за спинами вельмож.
Один за другими стрелы эмира со звоном разбивали керамику. Стрелы летели через узкий «коридор» над головами двоих сидящих на коленях вельмож и непосредственной близости от стоящих.
Три пущенные стрелы – три разбитые плитки…
Тимур бросил последний взгляд на окаменело застывших вельмож, сделал шаг к калитке и, оставив висеть на ручке двери лук с колчаном стрел, скрылся за скрипнувшей за ним дверью.
– Через два года в Отраре в возрасте 69 лет прервётся жизненный путь «Великого завоевателя мира», расстроится задуманный им поход на Китай. До нас дошли три легенды – причины скорой смерти эмира Тимура: от яда, вина и чирея.
Яд был во все времена легким способом устранения правителя. Вино – вполне возможно, оно унесло раньше времени многие жизни. Чирей (фурункул) – мне ближе эта версия.
Легенда гласит, что чирей соскочил на ягодице эмира в Отраре, когда 200-тысячное войско, собранное Тимуром, готово было обрушиться на Китай. Для всадника, не слезающего с седла, чирей-прыщ оказался роковым. Заражение крови и через несколько дней эмира не стало. Без него поход на Китай был сорван.
Произнося сегодня с чувством любви имя Кожа Ахмета Яссауи, мы с невольным уважением отзываемся и о Железном хромце, воздвигшем прекрасный мавзолей. Через этот архитектурный памятник в нашем сознании соединены два этих противоположных имени: мусульманский святой Кожа Ахмет Яссауи и завоеватель эмир Темир – Тамерлан.
***
Не стану набивать
себе цену…
Вам никогда не приходило ощущение, глядя на мавзолей Ходжа Ахмета Яссауи, что строители не завершили до конца работы по его наружной декоративной отделке? Так оно было на самом деле. Давайте разберёмся, в чём могло быть дело. Думаю, что многие из Вас кто бывал в Бухаре и Самарканде обратили внимание на то, что такие сооружения от верхних куполов до основания фундамента облицованы глазурной плиткой, которая придаёт этим культовым зданиям неповторимый, живописный колорит.
На иллюстрации современного художника Асхата Ахмедиярова изображено какие внешние стены мавзолея успевают строители облицовать керамическими глазурными плитками. На тех местах облицовка декоративной плиткой и закончилась.
А вот какие обстоятельства помешали по моим предположениям полностью завершить работы по облицовке мавзолея керамикой, я как видите изложил в вымышленном сюжете с почтовым голубем, который надеюсь Вы не без интереса прочли выше. Надо заметить, что у всех народов важные донесения с незапамятных времён до изобретения телеграфа доставлялись именно голубиной почтой.
Признаться я уже и не припомню, то ли сам дошёл и вычислил такой оборот событий, когда работал над сценарием написанным мною по мотивам поэмы «Эхо» Мухтара Шаханова или же эта информация всплыла из источников, которые мне пришлось просматривать изучая материалы о Тамерлане. Не буду набивать себе цену… Возможно, всё-таки вычитал из какого-то источника, но вот с какого запамятовал. Думаю эту забытую информацию сегодня можно было бы без «напряга» отнести к разряду сенсаций.
Так вот к сведению, скоропостижная смерть Биби-ханым любимой жены эмира Тимура стала причиною того, что всю оставшуюся партию облицовочной плитки предназначавшейся для декорирования арочного фасада мавзолея Ходжи Ахмеда Яссауи срочно изъяли и использовали для облицовки скорыми темпами достроенный новой мечети в Самарканде и названной в её честь. Известно, что Биби-ханым последние годы жизни курьировала строительство этой мечети, видимо, сооружаемой на свои средства.

Речь не о косметическом ремонте…
Такие подробности: увезли облицовочное плитки прямо с стройплощадки в Туркестане в Самарканд или недовезли оттуда, где их производили уже не существенны. Как бы то ни было глазурная плитка была по тем временам (да и по нашим) дорогим стройматериалом, производилась, вероятно, ограниченными партиями по особому, как сказали бы сегодня госзаказу.
Для специалистов несложно будет установить идентичность цветовой гаммы и узоров на керамических изразцах обеих этих сооружений в Туркестане и Самарканде. У Вас появилось желание сверить эти события по хронологии? Пожалуйста займитесь… Я производил эти расчёты и сейчас не хочу к ним возвращаться вновь. Скажу только, что хронологическая цепочка событий подтверждает выдвигаемые мною заключения.
Что успели к тому времени сделать облицовщики в Туркестане, на том тогда завершили и так осталось поныне. А впереди у Тамерлана замаячила война с Китаем, надо было готовиться в поход и ему уже недосуг думать о завершении стройки. Тюркский мир и без того восторженно «рукоплескал» воздвигнутому им сооружению. Известно, что в ту же эпоху средневековья в Европе готические храмы сооружались и достраивались на протяжении сотни, двух, трёх, и более лет. Так и святыня тюрко-исламского мира мавзолей Ходжа Ахмеда Яссауи остался незавершённым строительным объектом, потому как не довели до конца облицовку керамикой его стен и центрального фасада. Повторяю, сравните его с завершёнными подобного рода объектами в Бухаре и Самарканде.
Занимался ли кто из спе­циа­листов-реставраторов рассчетами на сколько 5, 10 или 15 сантиметров за шесть прошедших столетий стали тоньше подверженные эрозии наружные стены мавзолея? Поверхности же покрытые изразцовой плиткой сохранились не «утоньшаясь». Теперь в наше время эти процессы пойдут значительно быстрее за счёт выпадения кислотных дождей, загазованности и прочих техногенных факторов. Разумеется, как и прежде наружные стены будут подштукатуривать, но речь здесь не о косметическом ремонте, а совсем новом внешнем облике современного мавзолея не завершённом в XV веке. Хотелось бы, чтобы он сохранился «навечно», как египедские пирамиды.
Да что говорить об «Ходжа Ахмеде Яссауи», когда Время потрудилось и над ними египедскими пирамидами, выветрив за тысячилетия их гладкую известняковую облицовку. Ведь наклонные плоскости большинства из них изначально отнюдь не были ступенчатыми, а были стянуты толстым слоем известнякового расствора. На вершине одной из пирамид эта отделька до сих пор сохранилась, а ниже обнажилась ступенчатая её основа.

… думать о нас своих предках, как о тугодумах.
Конструктивное предложение. Пусть оно будет своеобразным моим вкладом в «Программу культурного наследия Казахстана», если конечно будет принято, а не огульно, как ересь отвергнута.
Предлагаю обсудить на первый взгляд «кощунственное» предложение: завершить полностью декоративную отделу внешних стен и главного портала мавзолея Ходжа Ахмеда Яссови керамической глазурной плиткой. Если не мы с вами сегодня, так потомки через пару сотен лет, а может и раньше, придут к тому же самому. И обиднее всего будет то, что они будут думать о нас своих предках, как о тугодумах, не догадавшихся это сделать своевременно, зная о том, что в Туркестане осталась «незавершёнка» с эпохи Тимуридов.
Способ изготовления этих самых оригинальных плиток вроде бы с трудом, но найден современными технологами. Хочу обратить внимание на то, что вокруг всего древнего комплекса давно ведутся широкомасштабные реставрационные рабо­ты. За шесть столетий успели пол­ностью разрушиться и многочисленные хозяйственные пристройки вокруг мав­золея, и опоясовавшая его (крепостная) оборонительная стена. Я говорю об этих очевидных вещах только потому, что хочу акцентрировать внимание на самом здании мавзолея, который всё это время не находился защищенным под стеклянным колпаком, а тоже был подвержен естественной эрозии и устранение этого процесса ни у самого Тамерлана, ни у его главного саулетши Абд-аль-Вахаба, знай они о наших переживаниях, думаю не вызвали бы возражений. И пусть мавзолей построенный в XV веке, заново родится в XXI, представ перед нами во всей красе таким, каким он был задуман нашими пращурами 600 лет назад. Мы можем только догадываться, какое тогда впечатление на всех нас будет производить «обновлённый» небесно-голубой терракотой «Хаджа Ахмет Яссауи», если решимся завершить то, что не было закончено в XV веке только лишь по воле Его Величества Случая. «Незавершёнка» видна даже невооружённым глазом.
Тогда в этих подлинных словах сказанных эмиром Аксак Темиром: «Чтоб оценить наши деяния, взгляните на то, что мы воздвигли» не придётся делать оговорки, вроде: «Не торопитесь оценивать наши деяния, взглянув на то, что мы окончательно не завершили.»

…если бы эта идея
осенила муфтия…
Уже в наше время в 80 годы представляю в скольких сражениях пришлось участвовать американскому архитектору японского происхождения Пейю прежде, чем удалось убедить общественность, что его стеклянная пирамида, которую он предлагал водрузить прямо перед Лувром в Париже органично впишется в архитектурный ансамбль дворца и станет не менее яркой достопримечательностью, чем сама резиденция французских королей. Подобная пирамида (не знаю с чьей подачи) возникла и у нас и вполне удачно вписалась в облик стольного града Казахстана при переименовании которого многие из моих друзей и я в том числе, что уж скрывать, хотели чтобы назвали «Алаш-Ордой».
Не знаю насколько для Вас убедительны мои доводы о необходимости завершить работы по облицовке декоративной терракотой нашей национальной святыни мавзолея Ходжа Ахмета Яссауи, но предполагаю, что как с «кочующими» пирамидами и это идея вначале может встречена прежде всего казахами в штыки. Предвижу даже мобилизованный фронт защитников старины с лозунгом: «Руки прочь от святыни!». Может быть и противоположная реакция: гробовая тишина, будто никто кому на это следовало бы обратить внимание подобной «крамолы» не расслышал в информационном потоке. Потому как даже не муэдзина, а всего лишь рядового муслима Аллах надоумил озвучить эту идею. А если бы эта идея осенила самого муфтия, тогда вопрос о завершении отделочных работ может и вовсе не обсуждался, как само собой разумеющемся?
Но может случиться и такое. В редакцию явятся несколько кара-сакалов и аксакалов любителей «седой старины» вроде меня, с целью напомнить, что в прошлом веке и их осеняло нечто подобное. В этом случае редакция газеты вновь перепечатала бы их прежние публикации, если только такие действительно были. Более того все мы, собравшись за круглым столом, а может и, организовав пресс-конференцию, в очередной раз привлекли бы внимание общественности к тому «Что Тамерлан не успел достроить в Туркестане?»
А пока пусть читатели газеты выскажут своё мнение по этому поводу. Но прежде чем выносить свой вердикт, внимательно присмотритесь к мечети Биби-Ханым в Самарканде. Завершенности декора главного её фасада…
Мы не знаем к кому необходимо непосредственно обратиться со своим неординарным предложением и потому, желая быть услышанными, решили с внучкой адресовать его:
Всем! Всем! Всем казахстанцам!
Предлагаем завершить отделоч­но-декоративные работы на мавзолее Ходжа Ахмета Яссауи. Уверяем вас, это будет фантастическое преображение!

Пікір жазу

Пікіріңізді енгізіңіз!
мұнда сіздің атыңызды енгізіңіз