НА ДНЕ КНИЖНОГО КРИЗИСА

0
919

Искусство учит мыслить. Это душа и тело любого вида искусства. За это его любят одни и ненавидят другие. Даже те, которым не до искусства, в той или иной мере испытывают потребность в нем, хотя бы для воспитания своих детей. Основой же многих искусств является искусство слова. С древнейших времен слову придавали исключительное, даже магическое значение. Мощное идеологическое и оздоровительное воздействие на слушателей производило исполнение эпоса и народных сказаний под музыкальное сопровождение.

С появлением письменности влияние слова расширилось и усилилось. Со временем государство стало поддерживать письменную культуру материально и влиять на ее содержание. С изобретением бумаги и, особенно, печатного станка книгопечатание стало неотъемлемой частью государственного строительства. Мало-мальски развитые страны первым делом обзаводились бумажными мельницами и печатными станками. Само слово «печать» означает главные атрибуты государственности. Это и герб страны, и национальная валюта, и печатная продукция – газеты, журналы, книги.

В то же время книгопечатание оказалось весьма прибыльным делом. При умело поставленной рекламе, своевременном переводе и критических статьях бестселлеры издаются сегодня миллионными тиражами, стимулируя читательский интерес к книге в целом. Несмотря на мрачные прогнозы, книжная индустрия в век компьютерных технологий осталась стабильной. К примеру, российское книгоиздательство, пережив кризис 90-х годов, в последние годы явно на подъеме.

К тому же толстые журналы советской эпохи – двигатели художественной и научной литературы – в России издаются по-прежнему. Как и журнал «Иностранная литература». Динамика роста капиталовложений в российский книжный рынок с 2000 г. по 2005 г. подрос на 22% и продолжала расти. Для сравнения: в США за этот период рост капиталовложений увеличился на 3%. Конечно, надо уточнить, что оборот книжного бизнеса в 2006 г. в России составлял около 2 млрд. долларов, а в США – 36 млрд. долларов.

Книги делаются из книг (Вольтер)

А как у нас, в Казахстане, положение с книгой – основой духовной жизни? Чиновники от Союза писателей бодро докладывают Президенту страны: книг на казахском языке издано за годы Независимости больше, чем за все советское время. Интересно, однако… Уже набили оскомину разговоры о дефиците хорошей научно-популярной, детской и юношеской литературы, произведений молодых казахских писателей и драматургов. Порой не найти в магазинах даже книг казахских классиков. Даже в советское время литературы на казахском языке, в том числе и переводной, было больше, чем сейчас, хотя ныне заметное увеличение казахских школ.

Рост книгоиздательства у нас идет за счет увеличения количества литературы на казахском языке, из которой более половины издается по госзаказу на социально значимую литературу. Это школьные и вузовские учебники, пособия, словари, специальная литература (юридическая, экономическая и т.д.), государственные и иные документы на казахском языке, а также книги по государственной программе «Культурное наследие». Т.е. та литература, которая не может быть издана в России. Остальная литература – из соседней страны.

Книжная индустрия республики по-прежнему находится в тяжелой ситуации. Казахстанский рынок достаточно узок сам по себе, и без государственной поддержки, как в Беларуси, никак не обойтись. Достаточно зайти в любой книжный магазин, чтобы увидеть изобилие российских и скудность казахстанских книг, которые к тому же не сравнимы по содержанию и оформлению.

Трудно представить книжный мир Казахстана без российских книг. Он всецело зависит от России, и перспективы информационного суверенитета нет. В Казахстане катастрофически уменьшилось количество читателей, произошла деградация читательской культуры. Для российских издательств Казахстан – свободный рынок без конкурентов. И эта книжная зависимость поддерживается в России на государственном уровне: книги к нам поступают с налоговыми послаблениями чуть ли не по демпинговым ценам, в то время как российская бумага, от которой опять-таки зависит Казахстан, очень дорогая. Если в советское время издательство «Жазушы» выпускало книги не только местных авторов, но и союзных республик и зарубежья, то для нынешних казахстанских издательств – это недосягаемый уровень.

Российские издания в казахстанских магазинах, за исключением специализированных магазинов местных издательств, составляют около 90%, в некоторых магазинах представлены только российские книги. Такая ситуация во всех регионах Казахстана. В связи с созданием Таможенного союза отечественную издательскую отрасль ждут непростые времена, поскольку казахстанская книжная продукция может быть вытеснена с прилавков книгами российских издательств.

Конечно, культура чтения остро стоит и в России, где по-прежнему большой спрос на низкопробную беллетристику, бульварную литературу. Однако наряду с этим есть спрос и на серьезную литературу: научную, историческую, художественную и т.д. По оценкам экспертов, со временем количество перейдет в качество книг.

Джек Лондон в свое время советовал молодым авторам заниматься художественной прозой как лучше оплачиваемым видом творчества, чем научные статьи, очерки и т.д. Поразительно, что во времена Джека Лондона было множество толстых журналов, из которых вышли немало известных писателей и поэтов. То ли дело у нас: раз-два и обчелся. Да и платят за публикации чисто символически или вообще не платят, как в научных изданиях. Вы будете смеяться, но поэтическая строка оценивается в 10-20 тенге. Это сколько надо извести «словесной руды», чтобы заработать, к примеру, пять или десять тысячи тенге! За рассказ заплатят 3-5 тысячи тенге. Так же оцениваются публицистические, научно-популярные статьи. Даже в «глянцевых» журналах почти такая оплата.

Из творческих профессий труд пишущей братии наиболее низко оплачиваемый и даже неоплачиваемый, поэтому непродуктивный и неперспективный. Нет закрепленной законодательством системы оплаты такого труда, и как таковая не попадает ни в какие государственные документы и статистику. Т.е. этот труд как бы не существует в природе. Раз нет труда, нет и подготовки соответствующих кадров. Писатель, поэт, драматург, критик опустился на самую низшую ступень творческой иерархии и занял незавидное место в общественной жизни.

Известное выражение «в России поэт больше чем поэт» справедливо и по отношению Степи, где поэты-жырау в прошлом существенно влияли на государственную идеологию и на правителей. Несмотря на цензуру, в советское время была господготовка творческих кадров, госпрограмма поддержки культуры, писатели определяли общественное мнение. Многие наши корифеи учились в Литературном институте в Москве, МГУ и т.д. Наши писатели, поэты, критики были вовлечены в общесоюзный литературный процесс, и многие становились известными благодаря переводам и публикациям своих произведений в России.

Как в любой творческой профессии, из тысячи писателей появляются Мухтар Ауэзов и Мукагали Макатаев. Сейчас же у нас количество членов Союза писателей сократилось до минимума, ибо нет литературного процесса, начиная с государственной подготовки «инженеров человеческих душ» и кончая толстыми журналами, литературной критикой и оплатой труда. Нет главного звена – Литературного института. Ведь для занятия художественным переводом, драматургией или писательством, естественно, надо иметь фундаментальное профессиональное образование. У нас же молодые авторы набираются профессионального опыта дедовским способом: учатся у своих именитых старших коллег в частном порядке и занимаются самообразованием.

Информационная

ловушка

Так в чем причина плачевного состояния литературы в целом, художественной в частности? Ведь даже в советское время, несмотря на идеологический диктат, не отрицалась необходимость художественной литературы. Сейчас, конечно, не утверждают отправить на свалку истории литературу как ненужную в век высоких технологий. Однако своего равнодушия к ней даже не скрывают. Вы когда-нибудь слышали обсуждение в парламенте, к примеру, такой злободневной проблемы, как дефицит и неразвитость детской казахской литературы, отсутствие переводной детской, да и «взрослой» мировой литературы на казахском языке? По этой причине уже с младенческих лет ребенок чувствует недостаток информации на казахском языке, ибо мало интересных детских книжек, песен, спектаклей, телевизионных передач и фильмов.

Создается впечатление, что государством наложено своеобразное табу на обсуждение проблем литературы. Если в стенах парламента и правительства хоть изредка да звучат речи о материальной поддержке, например, консерватории, оперного театра или блокбастера, то о литературе не говорят даже при обсуждении проблем государственного языка. А ведь это палка о двух концах. Без возрождения литературы развитие языка сомнительно: язык развивается посредством литературы. Недаром М.Ломоносов проводил реформу русского языка вместе с модернизацией литературных жанров.

К тому же власть отстранилась от государственно-важного дела – книгоиздательства: вот, мол, издатели, а вот писатели – сами и улаживайте проблемы. А ведь дороговизна бумаги «съедает» не только гонорары авторов, но делает дорогой и саму печатную продукцию. К примеру, отпускная цена журнала «Простор» около 150-200 тенге, а его себестоимость без гонораров в два раза дороже.

Такая же картина и при издании книги, поэтому ее пишут либо люди обеспеченные, либо с помощью спонсоров, ибо госзаказ незначителен. Что говорить о писателях, если даже многотомная академическая «История Казахстана» издана при финансовой поддержке табачной компании! А ведь во многих странах книгоиздательства, как и театры, отчасти и киностудии находятся в ведении государства; для поддержки писателей имеются всевозможные государственные фонды, гранты, премии.

Принятие в Казахстане закона о книгоиздательстве неоправданно затянулось. Необходима поддержка издательств через механизм льготного налогообложения. Остро стоит и проблема с кадрами в полиграфии, особенно при издании литературы на казахском языке, ибо отсутствует их подготовка.

В самом деле, если цена российских книг повышается в Казахстане приблизительно в 1,5-2 раза, то стоимость бумаги – в 5-6 раз! Чтобы приблизить казахстанские издательства и авторов к российским условиям, необходима собственная бумага, которая, может быть, и будет дороже российской, но не настолько, как привозная. В Японии, например, бумагу производят из привозного сырья. Экономически это выгодно, чем огромные дотации в издание книг, на которые наше государство не идет. Или необходимо достичь межправительственных соглашений по удешевлению бумаги.

У нас до сих пор нет государственной политики в книготорговле и книгоиздательстве. Нет централизованного органа, который занимался бы распространением книг по всему Казахстану, а также предлагал бы книги странам СНГ. Все связи издательства и авторов носят случайный характер. По ввозимой российской книжной, журнальной и газетной продукции нет никакого контроля, как будто Казахстан – территория Российской Федерации. Такой информационной политики нет ни в одной стране СНГ. Даже в Беларуси уделяется большое внимание местному книгоиздательству.

Однако такая странная отстраненность власти от информационной, идеологической составляющей государственной независимости, кажется, имеет самое прозаичное объяснение. Политической элите не выгодно рост национального самосознания, появление национальных «властителей дум» в лице поэтов и писателей, решение национальных проблем, связанных с состоянием казахского языка и литературы, с положением казахского аула.

Дефицит национальной идеологии

Ясное дело, «засилье» книжной продукции соседней страны порождает нехватку местного информационного продукта. Дело дошло до того, что о дефиците национальной идеологии заговорили специалисты, далекие от нее по роду деятельности, как экономисты и правоохранительные органы. В самом деле, расширяющие свою деятельность в Казахстане зарубежные компании несут не только экономическое влияние. Кстати, после присоединения к ЕС в странах Восточной Европы появилась мода на однополые отношения, чуждые человеческой природе и религиозной морали.

Если в СССР политическим идеям были подчинены остальные составляющие идеологии (эстетические, философские, нравственно-религиозные и т.д.), то в суверенном Казахстане, не мудрствуя лукаво, оставили большинство из них без материальной поддержки. Результаты такого отношения не заставили себя долго ждать. Например, за короткое время у нас появились множество нетрадиционных религиозных организаций и сект, в том числе экстремистских и антиконституционных, которые заполнили пустующую нишу.

Это и должно было произойти: книжные полки магазинов заполнены разнообразной неместной религиозной, эзотерической литературой, представители разных религиозных организаций на улице предлагают бесплатные журналы, брошюры, книги, приглашают на свои собрания. Создались благоприятные условия для появления духовной «химеры», в которую окунулась молодежь, не знающая своих традиций, культуры, языка. Правоохранительные органы давно говорят о необходимости профилактической работы среди молодежи. А представители двух основных вероисповеданий – мусульманского и русского православного – высказались против сектантства и за изучение основ религии в школе, как в России.

Язык не есть какое-то абстрактное явление – он напрямую зависит от его носителей. Как сказал Гумбольдт, «язык есть живая деятельность человеческого духа». Проводимая ныне политика препятствует развитию казахского языка и литературы. Поэты и писатели остались «безъязыкими», и прививаемое без них казахское косноязычие становится нормой, которая «эрозией» разъедает язык.

Государственная программа «Культурное наследие» показала, что Казахстан имеет ресурсы для возрождения книгоиздательства. Но двойная игра по отношению к литературе, в частности, к художественной, не дает шансов популяризации результатов и этой программы. Мы все оказались заложниками идеологической ловушки.

Дастан ЕЛЬДЕСОВ

Пікір жазу

Пікіріңізді енгізіңіз!
мұнда сіздің атыңызды енгізіңіз